Денис Севостьянов. Треба рухатися далі, жити реаліями

Denys Sevostianov, a header image for the online gallery of miners stories, Ukraine

Денис Севостьянов. Треба рухатися далі, жити реаліями

Віртуальна виставка історій життя "Шахтарські історії", 2016 р.

Середа, 2. Листопад 2016

Денис СЕВОСТЬЯНОВ: Треба рухатися далі, жити реаліями

Денис Севостьянов народився 1996-го року у місті Білозерське Донецької області у родині гірника. Працює на шахті "Білозерська" підземним електрослюсарем. Бере активну участь у молодіжному комітеті профспілки.

Денис СЕВОСТЬЯНОВ - ДС
Шахтарські історії – ШІ

ШІ: Расскажите, пожалуйста, где вы родились, как провели свое детство?

ДС: Здесь, в этом городе непосредственно. На всякие секции, на бокс ходил, потом увлекался туризмом, активно так, наверное, 9 лет жизни своей, альпинизм, соревнования, областные походы разные. В Крым когда-то ходили в поход. Все, как обычно у детей, в принципе.

ШІ: Альпинизмом где занимались? В какие города ездили?

ДС: Раз в два года, один точно "по весне", один "по осени", мы ездили точно. Это было на 9 мая всегда, попадали на "клепку" - Клепан Бык [регіональний ландшафтний парк в Костянтинівському районі Донецької обл. - ред.]. Там небольшая скалистая местность, ну не знаю, чуть выше пятиэтажного дома, и там проходили областные соревнования. Но вообще, все соревнования проходят на искусственных стенах, которые в большом помещении, высоком, там из искусственных кирпичей стенд. Так проходят наши мероприятия и соревнования.

ШІ: Сейчас занимаетесь альпинизмом?

ДС: Нет, сейчас не занимаюсь. Работаю пока, и времени нет уже. Всё, вроде взрослый.

ШІ: Расскажите о своих родителях. Они тоже работали на шахте?

ДС: Да. Отец непосредственно работал в шахте механиком участка, по-моему, проходческого, на Новодонецкой шахте. Потом в 2000 году он умер. А мать дома, домохозяйка. Дедушка работал в шахте и дядя. Дедушка в проходке комбайнером проработал около 25 лет и ушел на пенсию. А дядя работал тоже в проходке на его же участке, но в связи с травмой шахтной его вывели, и он сейчас работает в организации частной по строительству.

ШІ: Ваши родители родом были тоже из этого города?

ДС: Да, родители отсюда. Дедушка с Харькова, а бабушка, она вообще с России. Ее родители приехали сюда работать, ее отец начинал вот здесь на шахте. И дедушка сначала на поле начинал свою "производственность", на комбайне. Потом переучился на комбайнера и в шахте в проходке большую часть времени своего проработал.

ШІ: Можно сказать, что вас с детства приучали к шахтерскому труду?

ДС: Ну, да. Дедушка всегда говорил: "Учиться будешь плохо – пойдешь в шахту". Вроде как и не плохо учился, но все равно пошел в связи с положением в стране. Когда я поступал, началась эта ситуация в Киеве [Денис згадує про події "Революції гідності" в Києві наприкінці 2013 - початку 2014 рр. - ред.], сильный вооружённый конфликт в Славянске, когда оккупировали [з 12 квітня до 5 липня 2014 р. м. Слов’янськ було окуповано незаконними збройними формуваннями - так званим "народним ополченням Донбасу" - ред.]. Там очень стреляли сильно, и я должен был поступать еще в Славянск, в "лётное" хотел [Слов’янський коледж Національного авіаційного університету - ред.]. Там родственники, бабушкина сестра живет. Как бы хотели туда, но потом вот это всё началось, и меня не пустили. Там было опасно, говорят, поучись здесь, а потом всё успокоится и пойдешь куда хочешь. Так и получилось, что я сейчас продолжаю работать и учиться на горной специальности.

ШІ: Есть стремление еще учиться дальше?

ДС: Да, еще планирую после техникума. Сейчас разработчик, планирую поступить в НГУ Днепропетровский национальный университет [Національний гірничий університет у м. Дніпро - ред.]. Там хочу закончить кафедру по управлению шахтными предприятиями и уже продолжать непосредственно работать на шахте.

ШІ: Наверное, в техникум пошел, когда от "лётного" отказался?

ДС: Тут не я отказался, а родители больше настояли. Там уже оккупировали территорию, стреляли сильно с этой горы [гора Карачун - ред.], мост подорвали. И вот в связи с этими всеми обстоятельствами туда и не пустили, родители боялись.

ШІ: Вы сами перестали мечтать о лётном училище?

ДС: Я понял, что у меня не получается, нужно как-то двигаться дальше, жить реалиями, смотреть, какое образование уже у меня есть, и от этого отталкиваться. Уже работаю, и переучиваться нет смысла, искать другую работу. Это может в дальнейшем, когда шахты закончат.

ШІ: Вас посвящали в шахтеры?

ДС: Нет, такого посвещения не было. У меня вся практика прошла на поверхности шахты, с 10-ю спусками всего лишь. А потом знакомые были с шахты, такого ничего не было. У ребят были, мне рассказывали, наставники всячески подкалывали их, а сейчас практикантов нет, очень мало. На поверхность берут только на полставки, они вообще "дублеры". Практики никакой у них нет. Вроде даже учеников не берут.

ШІ: Как вы проводите свободное время?

ДС: Бывает, на рыбалку вылезаем, раков половить.

ШІ: Какой самый большой улов?

ДС: Наверное 2 ведра раков. Мы раков боимся, у нас только один хлопчик ловит...

ШІ: Какие традиции существуют в вашей семье?

ДС: Непосредственно День шахтера. Выбираемся на всякие праздники. Вот недавно у нас в Доброполье проводился праздник красок Холи [традиційне щорічне індійське свято весни та яскравих фарб - ред.], тоже ездили с друзьями. У нас в городе проводилось мероприятие на День молодежи, День вишни или вареников, как-то так называлось. Самый большой вареник там делали всякие повара садиков, школ, там вот такие большие были, с вишней именно чтобы. Концертная программа была. Потом флешмобы были, был шахтерский ансамбль какой-то. По-моему, они при шахтах где-то работают, и вот они выступали.

ШІ: Сами принимаете участие в организации таких мероприятий?

ДС: Да, принимаю. Вот недавно мы пытались помогать организовывать Холи. На шахте очень активно участвуем во всяких мероприятиях, какие-то акции проводим. Сейчас подали анкеты на участие в "Літній школі для профспілок", которая в Одессе проводится. Ждем ответа.

ШІ: Вы активно занимаетесь общественной жизнью в качестве члена профсоюза?

ДС: Да, в молодежном комитете.

ШІ: В чем заключается ваша работа в профсоюзе? Чем вы занимаетесь?

ДС: В основном наша задача - общаться с нашими работниками, привлекать новых работников в профсоюз. Это именно защита должна быть, чтобы не ущемляли права людей, чтобы начальники не превышали должностных полномочий. Помогать, консультировать, возможно, какие-то путевки помогать получить. Мы в основном с молодым поколением от 18 до 35 лет работаем. Чтобы молодых работников из-за незнания и неопытности не пытались поставить в неловкое положение. Мы пытаемся как-то им всячески помогать, подсказывать.

ШІ: Что вы можете пожелать молодым людям, которые только делают выбор будущей профессии?

ДС: Чтобы они учились и выбирали достойные профессии, к которым душа лежит, чтобы было интересно работать, заниматься любимым делом, чтобы оно тебе приносило удовольствие. А не так - ты приходишь, отработал потому, что надо. Многие люди учатся на одного, а работают уже на другой специальности и не получают никакого удовольствия. Им кажется, что это ж работа и надо работать.

ШІ: Друзьям своим рекомендуете устраиваться работать на шахту?

ДС: У меня друзья в большинстве юристы, учатся на юридических специальностях, школа милиции. Один только друг учится сейчас на машиностроительном. Есть пару друзей, которые на охрану труда учатся.

С шахтами вообще сейчас непонятно что происходит, их хотят закрывать, и просто непонятно, что будет. Угольная промышленность сейчас нерентабельная, и очень плохо продолжать жизнь в этой сфере. Поэтому я не рекомендую работать в шахте.

ШІ: Вы сами планируете продолжать работать в угольной отрасли?

ДС: Планирую, но если будет возможность – перейду со спокойной душой на другую профессию. Если будет возможность, планирую уйти.

Міський парк, м. Білозерське, Добропільська міська рада, Донецька область
6 липня 2016 р.


comments powered by Disqus